Фактологичность. Десять причин наших заблуждений о мире — и почему все не так плохо, как кажется

Хочу прочитать
Хочу прочитать
Поделиться

Когда мы задумываемся о современном положении дел в мире, нам кажется, что с каждым годом ситуация становиться все хуже и хуже. Стихийные бедствия уносят все больше и больше жизней, популяции редких животных, относящихся к вымирающим видам, тают буквально на глазах, доля мирового населения, живущего в нищете, неуклонно растет. На самом же деле все в точности наоборот.

В своей книге «Фактологичность. Десять причин наших заблуждений о мире – и почему все не так плохо, как кажется» учёный, врач, лектор и один из основателей шведского отделения организации «Врачи без границ» Ханс Рослинг не только рассказывает о наиболее распространенных ошибках, которые совершает наш мозг, пытаясь оценить глобальные изменения, происходящие в мире, но и дает инструменты, благодаря которым можно научиться правильно видеть и понимать общую картину происходящего, даже если у вас нет времени на анализ мелких деталей.

Мы постоянно слышим негативные новости со всех концов света: войны, голод, стихийные бедствия, политические ошибки, коррупция, сокращение бюджетов, болезни, массовые увольнения, теракты. Если бы журналисты рассказывали нам о самолетах, которые не упали, и злаках, которые удачно взошли, они бы быстро остались без работы.

Об авторах

    Ханс Рослинг (1948–2017) — специалист в области глобального здравоохранения, основатель шведского отделения «Врачи без границ» и сооснователь фонда Gapminder. Известен своими публичными выступлениями на TED. Неоднократно входил в список 100 самых влиятельных людей в мире.

      Видео

      Рецензия: Издательство

      «Фактологичность», – книга учёного, врача, специалиста по глобальному здравоохранению и одного из основателей шведского отделения организации «Врачи без границ» Ханса Рослинга, – это глобальное исследование того, как на самом деле устроен мир вокруг. Какие процессы в нем происходят, как он развивается и каково его будущее. И главное – почему нам кажется, что ситуация в мире с каждым годом становится все хуже и хуже, хотя на самом деле цифры говорят об обратном.

      Кому верить?

      Формировать картину мира на основе чтения прессы — это все равно что пытаться представить меня, глядя на фотографию моей ноги. Да, моя нога — часть меня, но при этом довольно страшная. У меня есть части получше. Руки у меня ничем не примечательные, но вполне сносные. Лицо тоже ничего. Дело не в том, что фотография моей ноги намеренно вводит вас в заблуждение относительно меня. Проблема только в том, что она не показывает меня целиком.
      Откуда же нам брать информацию, если не из прессы? Кому доверять? Может, экспертам? Людям, которые посвятили жизнь изучению определенной сферы? Здесь тоже следует проявлять осторожность.

      Инстинкт единственного ракурса

      Нам нравятся простые идеи. Нам приятно сознавать, что мы действительно что-то знаем и понимаем. Но здесь легко пойти по наклонной — увидеть приятную глазу простую идею и подумать, что она прекрасно объясняет многое или что в ней кроется решение многих проблем. Мир становится простым. Все проблемы возникают по одной причине — мы должны ее осуждать. Все проблемы имеют одно решение — мы должны его поддерживать. Все просто. Только вот какая загвоздка… Мы совсем не понимаем мир. Я называю эту тягу к единственным причинам и единственным решениям инстинктом единственного ракурса.

      Например, простая и прекрасная идея о свободном рынке может привести нас к упрощенному выводу о том, что все проблемы возникают по одной причине — из-за вмешательства государства, а потому нам следует ему противостоять, в то время как решением всех проблем станет освобождение сил рынка посредством снижения налогов и снятия ограничений, что нам следует поддерживать.
      Подобным же образом простая и прекрасная идея о равенстве может привести к упрощенному выводу о том, что все проблемы возникают из-за неравенства, которому нам следует противостоять, в то время как решением всех проблем станет перераспределение ресурсов, а потому нам следует его поддерживать.

      Такое мышление экономит кучу времени. Можно формировать свое мнение и находить ответы на текущие вопросы, не изучая проблему достаточно глубоко, а мозг направлять на решение других задач. Однако такой способ не подходит, если вам хочется по-настоящему постичь мир. Постоянно высту-пая за или против по какому-либо вопросу, вы не замечаете информации, которая не вписывается в ваши представления. Так реальность не понять.

      Вместо этого любимые идеи всегда надо проверять, ища их слабые места. Не переоценивайте собственный опыт. С любопытством относитесь к новым данным, которые не вписываются в ваши представления, а также к информации из других сфер. Не ограничивайтесь разговорами с единомышленниками и сбором примеров, подкрепляющих вашу точку зрения, а встречайтесь с людьми, которые противоречат вам, вступают в споры и высказывают иные идеи, потому что именно так лучше всего постигается мир. Я заблуждался много раз. Порой я замечаю ошибки при столкновении с реальностью, а порой мне помогают в этом разговоры и попытки понять людей, считающих иначе.

      Возможно, что у вас не хватит времени, чтобы сформировать мнение по стольким вопросам, но и что с того? Разве не лучше иметь верное мнение по немногим вопросам, чем неверное по многим?
      Я обнаружил две основные причины, по которым люди часто смотрят на мир с одного ракурса. Первая — и очевидная — это господствующая политическая идеология, о которой речь пойдет позже. Вторая причина — профессиональная.

      Профессионалы: эксперты и активисты

      Я люблю профильных экспертов. Я полагаюсь на них в своем постижении мира, и так стоит делать всем нам. Например, если я знаю, что все эксперты по вопросам населения согласны, что его численность перестанет расти, когда достигнет отметки в 10–12 миллиардов человек, я доверяю их данным. Если я знаю, что историки, палеодемографы и археологи пришли к выводу, что до 1800 года женщины рожали в среднем по пять детей, из которых выживало только двое, я доверяю этим данным. Если я знаю, что экономисты не пришли к единому мнению о причинах экономического роста, это тоже весьма полезная информация, поскольку она говорит о том, что мне следует быть осторожным: возможно, в этой сфере пока недостаточно полезных данных, а возможно, простого объяснения просто не существует.

      Я люблю экспертов, но их возможности не безграничны. Прежде всего, вполне очевидно, что они специализируются в конкретных областях. Экспертам (а мы все эксперты в той или иной сфере) бывает непросто это признавать. Нам нравится чувствовать себя осведомленными и полезными. Нам нравится сознавать, что особые навыки делают нас лучше.

      Однако…

      Специалисты по точным наукам (например, гиперумные люди, которые собираются на ежегодной конференции «Поразительная встреча», куда стекаются любители научного мышления) отвечают на наши вопросы не лучше остальных.

      Высокообразованные люди (например, читатели журнала Nature, одного из лучших научных журналов мира) отвечают на наши вопросы не лучше, а порой и хуже остальных.

      Признанные эксперты в определенных областях тоже отвечают на наши вопросы не лучше остальных.

      Мне выпала честь присутствовать на 64-й встрече нобелевских лауреатов в Линдау и выступать там перед большой группой талантливых молодых ученых и нобелевских лауреатов по физиологии и медицине. Все они представляли интеллектуальную элиту в своих областях, и все же на вопрос о вакцинации детей они ответили хуже, чем случайные люди: правильный вариант выбрали только 8 процентов собравшихся. (После этого я перестал считать само собой разумеющимся, что ведущие эксперты должны хоть немного разбираться в связанных областях за пределами сферы своей специализации.)

      Быть умным — хорошо владеть математикой, получить хорошее образование или даже стать лауреатом Нобелевской премии — не значит обладать фактическими знаниями о мире. Эксперты хорошо разбираются лишь в своих областях.

      А порой «эксперты» не разбираются и в них. Зачастую активисты называют себя экспертами. Я выступал на многих конференциях активистов, потому что считаю, что образованные активисты помогают делать мир лучше. Недавно я побывал на конференции, посвященной правам женщин. Я — за равноправие. Двести девяносто две отважные молодые феминистки со всего мира съехались в Стокгольм, чтобы скоординировать свои усилия по борьбе за расширение доступа женщин к образованию. Однако лишь 8 процентов собравшихся знали, что к 30 годам женщины в среднем тратят на образование всего на год меньше, чем мужчины.

      Я вовсе не хочу сказать, что с образованием девочек все в порядке. На первом уровне, особенно в небольшом количестве стран, многие девочки по-прежнему не посещают начальную школу. Там также существуют серьезные проблемы с доступом девочек и женщин к среднему и высшему образованию. Однако на втором, третьем и четвертом уровнях, где живет шесть миллиардов человек, количество девочек, посещающих школу, не меньше, а то и больше количества мальчиков. Это поразительно! Борцы за расширение доступа женщин к образованию должны знать этот факт. Они должны этому радоваться! Я мог бы привести другие примеры. Проблема не в борцах за права женщин. Почти каждый встреченный мною активист намеренно или ненамеренно преувеличивает проблему, решением которой занимается.