Леонардо да Винчи. Биография

Хочу прочитать
Хочу прочитать
Поделиться

Автор книг о Джобсе и Эйнштейне на сей раз обратился к биографии титана Ренессанса — Леонардо да Винчи. Айзексон прежде всего обращает внимание на редкое сочетание пытливого ума ученого и фантазии художника. Свои познания в анатомии, математике, оптике он применял и изобретая летательные аппараты или катапульты, и рассчитывая перспективу в “Тайной вечере” или наделяя Мону Лизу ее загадочной улыбкой. На стыке науки и искусств и рождались шедевры Леонардо. Леонардо был гением, но это еще не все: он был олицетворением всемирного разума, стремившегося постичь весь сотворенный мир и осмыслить место человека в нем.

Исчерпывающее исследование жизни и творчества Леонардо да Винчи. Фантастические открытия, гениальные прозрения, великие шедевры и невероятные повороты судьбы одного из самых выдающихся ученых и художников в истории человечества. Нарисуй Милан… Спроси бомбардира Джаннино, как построена башня в Ферраре без бойниц… Спроси Бенедетто Портинари, каким способом ходят по льду во Фландрии… Пусть знаток гидравлики объяснит, как чинить шлюзы, каналы и мельницы на ломбардский манер… Разузнай величину Солнца… Опиши язык дятла. Список дел, намеченных Леонардо да Винчи в своих записных книжках, показывает, какой неутомимой любознательностью обладал этот титан Возрождения. Его жизнь окутана завесой тайны, а невероятные факты о его творчестве порой кажутся фантастическими небылицами.

Уолтер Айзексон ярко, увлекательно и аргументированно рассказывает, как жил и творил великий флорентиец, как в его голове зарождалась живописные шедевры, осадные орудия, летательные аппараты, открытия в области медицины, астрономии и анатомии. Едва ли можно найти такую сферу науки или искусства, которой не коснулся бы феноменальный гений Леонардо, и едва ли можно найти человека, оставившего после себя такое огромное количество тайн и загадок.

Леонардо да Винчи — один из самых ярких, разносторонних и загадочных гениев эпохи Возрождения. Вокруг него уже при жизни сложилось огромное количество легенд и мифов. Но факты, которые удается собрать буквально по крупицам, оказываются ничуть не менее поразительными. Основываясь на рукописях, письмах и записных книжках титана Возрождения, Уолтер Айзексон последовательно рассказывает удивительную историю его жизни от детских лет до летательных аппаратов, от Флоренции до Милана, от создания оружия до теории живописи, от анатомии и астрономии до исследования окаменелостей и изучения эрозии почвы, от Витрувианского человека до Моны Лизы и Тайной вечери. Объединив науку и искусство, Леонардо явил собой совершенно новый феномен «ученого-художника», стремящегося постичь все основы мироздания и раскрыть все тайны жизни.

Фотогалерея

{"autoplay":"true","autoplay_speed":"3000","speed":"4000","arrows":"true","dots":"true","rtl":"false"}

Об авторах

    Уолтер Айзексон — американский журналист и писатель. Президент Института Аспена, ранее был главой CNN и главным редактором журнала Time. Автор популярных биографий Стива Джобса, Генри Киссинджера, Бенджамина Франклина и Альберта Эйнштейна.

      Рецензия: Издательство

      Совсем скоро из печати выйдет биография Леонардо да Винчи, написанная Уолтером Айзексоном — автором самых известных биографий Бенджамина Франклина, Стива Джобса и Альберта Эйнштейна. Книга вошла в списке десяти самых продаваемых на Amazon, Билл Гейтс в своем блоге очень рекомендовал ее к прочтению. Публикуем небольшой фрагмент из введения «А еще я умею писать картины». Перевод с английского Татьяны Азаркович.

      Я задумал написать эту книгу, потому что Леонардо да Винчи нагляднее всего иллюстрирует главную тему моих предыдущих биографий: на его примере мы видим, как способность устанавливать связи между разными дисциплинами — искусствами и науками, гуманитарной и технической сферами знания — оборачивается новаторством, оригинальностью и гениальностью. Предыдущим объектом моего внимания был Бенджамин Франклин — Леонардо своего века: не получив образования в учебных заведениях, этот самоучка сделался в эпоху Просвещения оригинальным эрудитом, лучшим ученым, изобретателем, дипломатом, писателем и бизнес-стратегом Америки. Запустив воздушного змея, он доказал, что молния имеет электрическую природу, и изобрел громоотвод. Он придумал бифокальные очки, замечательные музыкальные инструменты, печь с полным сгоранием, первым составил карту Гольфстрима, стал родоначальником грубоватого и неповторимого американского юмора. Альберт Эйнштейн, вынашивая теорию относительности и периодически заходя в тупик, брался за скрипку и играл Моцарта: музыка помогала ему вновь прикоснуться к космической гармонии. Ада Лавлейс (биографический очерк о ней я написал в своей книге об инноваторах) унаследовала одновременно поэтическую чуткость отца, лорда Байрона, и материнскую любовь к математике, благодаря чему cоставила программу для первого в мире компьютера общего назначения. А Стив Джобс, выводя на рынок свою новую продукцию, показывал на презентациях уличные знаки, символизировавшие скрещение гуманитарных наук с техническими. Его кумиром был Леонардо. “Он видел красоту и в искусстве, и в инженерном деле, — говорил Джобс, — и именно способность сводить их вместе делала его гением”.

      Да, он был гением и обладал буйным воображением, любопытством и творческой мощью, проявившейся сразу вомножестве областей. Но следует остерегаться слова “гений”. Навешивая на Леонардо этот ярлык, мы умаляем его дарования, как бы подразумевая, что его просто поразила какая-то молния свыше. Именно такую ошибку делает Джорджо Вазари, один из первых биографов Леонардо, живший в XVI веке: “Удивительным образом собираются в одном существе красота, изящество и сила, так что, в чем бы оно себя ни проявило, каждое его действие божественно. …Оно наглядно показывает себя… щедрым проявлением божества, а не человеческого искусства”. На самом деле гений Леонардо имел вполне человеческую природу, подчиняясь его собственной воле и устремлениям. Его гениальность отнюдь не объяснялась тем, что ее обладатель, подобно Ньютону или Эйнштейну, был одарен свыше столь могучим умом, что нам, простым смертным, не под силу даже постичь его глубину. Леонардо почти не получил образования, он едва читал на латыни и с трудом делил в столбик. Его гений был как раз такого свойства, что его вполне можно постичь, можно даже кое-чему у него научиться. Он опирался на те навыки, которые мы можем попытаться сами развить в себе: на- пример, на любознательность и наблюдательность. Леонардо обладал настолько легковозбудимым воображением, что оно порой перетекало в царство фантазии, и это свойство мы тоже можем попытаться сохранять в себе и поощрять в детях.

      Фантазии Леонардо пронизывали все, чего он касался: его театральные постановки, проекты переброски рек, замыслы идеальных городов, чертежи летательных аппаратов и почти все стороны его художественного творчества, а также инженерных разработок. Примером тому служит письмо правителю Милана: ведь в пору его написания все инженерные таланты Леонардо существовали главным образом в его голове. Поначалу его роль при дворе Лодовико состояла отнюдь не в возведении мостов, а в устроении празднеств и спектаклей. Даже когда карьера Леонардо достигла пика, большинство его военных и летательных машин оставались призрачными идеями, так и не воплотившись в реальность.

      Вначале мне казалось, что его пристрастие к фантазиям — это слабость, говорящая об отсутствии дисциплинированности и прилежания и связанная с его привычкой бросать произведения искусства и трактаты незаконченными. В какой-то степени это верно. Видения, которые не воплощаются в жизнь, это галлюцинации. Но со временем я понял и другое: способность Леонардо размывать грань между действительностью и воображением (сродни его технике сфумато для размывания линий в живописи) и была ключом к его творчеству. Мастерство без воображения бесплодно. Леонардо умел сочетать наблюдения с плодами воображения, и именно это сделало его самым виртуозным новатором в истории человечества.