Почти ангелы

Категория:

Издательство, 2016

Автор

Страна

Поделиться

Эксцентричные нравы образованных повес и милых барышень, забавные ситуации, яркие характеры – в изящном, полном тонкого, истинно британского юмора романе Барбары Пим!

Кто сказал, что антропологи только и делают, что разъезжают по экзотическим странам, занимаясь долгими и трудными раскопками, порой подвергая собственную жизнь опасности? Они исправно посещают светские вечеринки, состоят в престижных клубах, водят модные автомобили. А еще – кто бы мог подумать – вовсю ухлестывают за хорошенькими студентками и отчаянно интригуют, сражаясь за солидные средства на экспедиции и написание очень важных трудов.

Но поскольку они довольно много времени проводят в компании красоток в буквальном смысле «ископаемых», отношения со вполне живыми и веселыми подругами у них складываются настолько сложные, что трудно даже описать…

Конечно, женщинам свойственно думать друг о друге дурно, возможно, потому, что только женщина знает, на что способна другая.

 

Ей свойственно было выглядеть чуть растрепанной и небрежной, и нынешняя мода, когда женщины за тридцать могли одеваться как двадцатилетние девушки, носить туфли без каблука и свободные жакеты, а прически иметь такие, словно сами себя постригли маникюрными ножницами, очень даже ее устраивала.

 

Она была слишком молода, чтобы понять, что женщины в возрасте ее тетушки еще вполне могут интересоваться мужчинами. Ей предстоит прожить еще много лет, прежде чем у нее зародится ужасное подозрение, что этот интерес, вероятно, никогда не проходит.

 

Встречались книги, которые, как они считали, надо прочесть и которые иногда заносили в библиотечные списки, но обе втайне испытывали облегчение всякий раз, когда приходили за означенной книгой, а библиотекарь протягивала очередной роман.

 

Она любила убирать, когда у нее было на то настроение, и часто идеи для романтических сюжетов приходили к ней, когда она отряхивала в окно швабру или полировала стол.

Об авторах

    Барбара Пим (Barbara Pym; 1913-1980) — британская писательница. В школе возглавляла литературное общество. Изучала английский язык в Колледже Св.Хильды. Во время Второй мировой войны служила в Женской вспомогательной службе ВМС Великобритании. В её литературной карьере был большой перерыв с 1963 года по 1977 год, когда несмотря на уже имевшуюся популярность и успех ранее написанных ею произведений, она не смогла найти издателя для своих новых книг. Поворотной для Барбары Пим стала статья в Литературном приложении Times, где два известных в литературных кругах человека назвали её самой недооцененной писательницей столетия. Её роман-возвращение «Осенний квартет» (1977) был номинирован на Букеровскую премию. Её другой роман «The Sweet Dove Died», ранее отвергнутый многими издателями, был незамедлительно напечатан и принят критикой. Несколько более ранних произведений были опубликованы уже после её смерти. Однако самым успешным произведением стал роман «Замечательные женщины». Пим работала в Международном Институте Африки в Лондоне и много времени уделяла редактированию его научного журнала «Африка». Отсюда нередко появление в её романах антропологов. Барбара Пим никогда не была замужем, хотя на протяжении жизни не раз имела довольно близкие отношения с мужчинами, в частности, с однокурсником по Оксфорду Генри Харви, а также с будущим политиком Джулианом Эмери. После ухода на пенсию Барбара Пим переехала в деревню Финсток (графство Оксфордшир) в собственный коттедж, в котором проживала вместе со своей младшей сестрой Хилари.

Рецензия: Анастасия Завозова

Героини двух романов Пим — Милдред Латбери из «Замечательных женщин» и Кэтрин Олифант из «Почти ангелов» — как раз героини нового времени, героини практически революционные, которых издатели не разглядели как раз из-за антуража — обложек, тематики, чая. Дело в том, что у Пим уже в 1952 и 1955 году появляются женщины, которым очень хорошо не замужем. Которые, скажем так, очень даже неплохо существуют в незамужнем состоянии и очень плохо это скрывают. Они, конечно, изредка задумываются о свадьбе и не то чтобы прямо активно не хотят замуж, они просто существуют в отдельном от этого измерении — практичном и, что самое главное, внешне крайне привлекательном. 

Милдред и Кэтрин удивительно приятные женщины. Они себя обеспечивают. У них есть чувство юмора. Кэтрин интересуется модой. Милдред живет активной социальной жизнью (приходские распродажи, проблемы замужних друзей, вечеринки). Это не такие карикатурные синие чулки, женщины, которым если и светят кольца, то только вековые, а, понимаете, обычные такие, человеческие женщины. И Пим действительно пишет об этих вещах — о чтении в одиночестве, о квартире, которая вся твоя, о покупке нового платья, о готовке еды на горелке, потому что лень готовить целый ужин — как о чем-то достойном, заслуживающем интереса и внимания, но никак не сочувствия. Незамужние женщины у Пим не просто смеют жить, они еще и наслаждаются жизнью, и не великими ее свершениями, а приятными мелочами: чаем, новой помадой, бутылкой дешевого вина из ресторанчика по соседству, ужинами, гостями и книгами.

Из этого образа новой героини естественным образом у Пим получается и какое-то правильное улучшение жизни. Приукрашиванием реальности это назвать никак нельзя, потому что если так посмотреть, то героини Пим живут как все: ходят в контору, где отсиживают с девяти до пяти в компании матрон, которые в десять начинают ждать чая, в двенадцать — обеда, а в три начинают собираться домой. Чинят чулки, штопают старые кардиганы и одеваются на благотворительных барахолках. Думают, как растянуть одну банку сардин на два ужина и четверых гостей. Ходят на унылые свидания с неинтересными, но положительными молодыми (и не слишком) людьми, которых им подсовывают волнующиеся подруги. Постоянно решают чужие проблемы (они ведь не замужем, значит, им больше нечем заняться). И все это выглядело бы тоскливо и по-грэмгриновски пронзительно, если бы Пим не создавала параллельную всему этому веселую, бойкую, невероятно красочную жизнь, которая постоянно происходит у ее героинь в головах. Ее героини не смотрят на жизнь с ужасом, не ноют о том, что им нужно идти на тоскливое свидание (госслужащий, которого Милдред сватает подруга, например, всегда кормит ее отличным ланчем), и даже, как Кэтрин Олифант, потосковав об ушедшем возлюбленном, они утирают слезы и принимаются готовить масляный, чесночный ужин на одного и запивать его дешевым вином из киприотского ресторанчика через дорогу. И вот эта достоверная двойственность, когда заурядной, будничной жизни сопутствует постоянное ее мысленное расцвечивание и умение с пристальной веселостью выцеплять из потока серости череду приятных моментов, и делает романы Пим не просто нужной литературой, а массово нужной литературой, которая не ставит перед собой цели непременно встряхнуть, пристыдить и чему-то научить читателя, а просто становится ему — самому обычному офисному человеку, о которых великие романы как-то чаще забывают — опорой в зимний дождь, пока он, скользя, плетется утром к метро.